Нет времени более поэтичного, чем время «пышного природы увяданья». Вспомним стихотворение: «Унылая пора, очей очарованье, приятна мне твоя прощальная краса...». Или песню: «С берез неслышен, невесом слетает желтый лист...». Отражение этой прекрасной поры есть и в живописных полотнах. Обратимся хотя бы к «Золотой осени» Левитана. Осеннее преображение природы всегда волновало людей, тревожило сердце, заставляло думать о течение жизни. Его символом стал листопад – отражение цикличности природных процессов. Славное время листопада в России называется «бабьим летом», в Америке - «летом индейским». А канадцы, очарованные полыханием теплых красок, кленовый лист сделали символом государства. Кстати, мы с канадцами живем в одном климатическом поясе - кленовые листья у нас такие же яркие. Все сказанное - дань поэтическому чувству людей. А что значит преображенье лесов осенней порой? Ответ на этот вопрос существует: деревья готовятся встретить зиму. Но почему осенью листья начинают желтеть и затем, тихой грустью очаровывая людей, покидают деревья? Происходит это не везде, а лишь в зонах с изменяющимся по временам года климатом. В тропиках вы увидите яркие цветы на деревьях, но листья там всегда остаются зелеными, кое-где они опадают, но лишь для того, чтобы уменьшить испарение влаги деревьями. А там, где лету на смену приходит зима, деревья освобождаются от листьев, чтобы снежная масса не оседала на ветках и не ломала сучьев, а то и самого дерева. Вы скажете: а как же сосны и ели? У елей гибкие ветви, и они способны удерживать снежные шубы. Прочные стволы сосен противостоят снежной массе, но не всегда. Бывают случаи, когда мокрый снег, оседая в кронах даже столетних сосен, ломает деревья, как спички. Вернемся, однако, к поре золотой осени. Что заставляет листья, прежде чем сдует их ветер, желтеть и краснеть? Какой механизм запускает появление пленяющего нас наряда? Вот что говорят ученые-физиологи. У деревьев есть некие «биологические часы», определяющие время появления в черенке листьев тонкого слоя пробки. Их датчик четко отслеживает меняющуюся к осени температуру воздуха и количество света, поглощаемого листом. С появлением пробкового барьера «фабрика» фотосинтеза замедляет и прекращает работу. Хлорофилл распадается и перестает своей зеленой массой маскировать другие пигменты участников фотосинтеза: каротиноидов (желтый цвет), антоциана (красный) и фитохрома (синий пигмент). Вот вам багрянец, золото и сизый цвет. Огнем горят клены, раньше других готовые сбросить резные, поразительной красоты листья. Ярко-красной чеканкой выделяются трепетные монисты осин, желтую кисею одевают березы. А вот на склоне оврага в странном красновато-сизом наряде застыли дикие груши, вот темно-бордовый цвет листьев черноплодной рябины, плюща. Тут к золоту и багрянцу явно примешан и синий цвет. Различное сочетание трех пигментов в листе творит цветную симфонию, о которой написано: «Лес, точно терем, расписной, лиловый, золотой, багряный веселой пестрою стеной стоит над светлою поляной».